Представляем маршруты по Приэльбрусью, восхождение на Эльбрус, теоретическую информацию
ПРИЭЛЬБРУСЬЕ   ЖДЁТ   ВАС!      НЕ   УПУСКАЙТЕ   СВОЙ   ШАНС!
  • ОРОГРАФИЧЕСКАЯ СХЕМА БОЛЬШОГО КАВКАЗА Стр. 1
  • Горная болезнь. История изучения
  • Ложь и вероломство — традиционное оружие дипломатии германского империализма
  • Гигиена массового спорта. Глава II. Рациональный суточный режим
  • Сельское поселение Тегенекли – родина советского туризма и альпинизма
  • Ледник Терскол
  • Климат и погода горных районов
  • Этажи леса
  • Сон в новогоднюю ночь
  • Пастухов Андрей Васильевич, великий топограф
  • «    Сентябрь 2020    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     123456
    78910111213
    14151617181920
    21222324252627
    282930 

    Народы Северного Дагестана Дополнительно / Народы Северного Кавказа

    С другой стороны, постановления говорят о силе «тохума» — родовой или патронимической группы — и «общества» — сельской общины. Самое стремление к ограничению обычая кровной мести показывает его силу. Постоянны ссылки на очистительные присяги «тусевов» — (соприсягателей) родственников, обычное число которых — 7 человек — повышается в более важных случаях до 40. Подтверждается ответственность «родственников» за противозаконные поступки членов рода; родственники обязаны убить члена рода, замеченного в «дурных поступках».

    Термин «общество», упоминаемый постоянно в русском переводе (с арабского) постановлений, надо понимать как сельскую общину — джамаат или союз джамаатов. В ряде случаев штрафы вносятся «в пользу общества»; особенно высокий штраф полагается за отделение «от общества». Упоминается общественное стадо, что указывает на то, что пастбища находились в пользовании общины, но пашня фигурирует наравне с «домом» как находящаяся в индивидуальном владении. Особую роль в «обществе» играют «умные люди», «благоразумные люди», т. е. старшины, с мнением которых бек обязан считаться.

    Все штрафы и пени в статьях постановления — натуральные (в одном случае — лошадь, во всех других — то или иное количество местной грубой материи).

    Особый интерес представляют те статьи постановлений, которые отражают классовую борьбу, стремление «общества» защититься от наступления на права общины со стороны феодалов — беков. Одна из статей оговаривает, что «если бек будет притеснять какое-либо селение, то остальные селения должны... остановить бека»; другая статья грозит изгнанием из селения тому, кто завещает свое «имение» в пользу бока или чанки, и разрушением дома советчика, который стал бы вступать за такого завещателя. Устанавливается штраф с бека в пользу общества, если он предпринимает поход, «не посоветовавшись о том с благоразумными», и т. д.

    Для иллюстрации статей о борьбе с притязаниями беков можно привести включенный в труд писателя первой половины XIX в. А. Бакиханова «Гюлистан-Ирам» рассказ о событиях в Урджемильском магале (союзе общин) Кайтага в конце XVI в.: сын уцмия, отправившийся в Урджемиль для сбора податей, «был оскорблен жителями»; взяв войско у своего родственника шамхал а, он «пришел в Урджемиль и многих из старшин его умертвил». Так как урджемильцы продолжали волноваться, уцмий «пригласил к себе старшин и убил всех зачинщиков».

    Постановления уцмия отражают главным образом положение узденства Верхнего, нагорного, Кайтага. Судя по источникам более позднего времени, Нижний, плоскостный Кайтаг был населен преимущественно райятами, крепостными крестьянами. Их многочисленные повинности отражены в записях уже XIX в.

    Изучая законы Умму-хана аварского, исследователи отмечают те же тенденции феодальной власти «приспособить древние народные обычаи к потребностям развивающегося феодального строя. 

    Этнически пестрые общества высокогорных частей Дагестана и позднее не знали ханской власти. Сведения о них для XVI—XVII вв. крайне скудны. Издание в недавнее время Гидатлинских адатов (Махачкала, 1957) открывает новые возможности их изучения.

    Внутренняя политическая история Дагестана XVI—XVII вв. есть история непрерывных феодальных войн, раз­рушавших производственные силы и крайне тяжело отра­жавшихся на жизни трудового населения. Постоянно воз­никали враждующие между собой группировки, причем феодальные столкновения осложнялись обычаем кровной мести.

    Однако в XVII в. наряду с центробежными силами, раздиравшими Дагестан, действовали и тенденции к объединению, возникавшие в условиях вложившейся международной обстановки. Русские документы сохранили известия о происходивших в Дагестане в 1615, 1617, 1618, 1621, 1632, 1633 гг. и в другие годы съездах то более широкого, то более узкого значения, целью которых было установление мира между феодальными владельцами и порядка в распределении уделов, а также решение внешнеполитических вопросов.

    В съездах участвовали обычно ханы, мурзы и «лучшие люди», «лучшие уздени», т. е. феодальные слои, но в ряде случаев на решения съездов оказывали влияние и «черные люди», вероятно, через представителей крестьянских общин — старшин.

    Так, в январе 1617 г. «под Гребенями на подах», т. е. в степной части Северного Дагестана, съехались на съезд шамхал Андий, Гирей тарковский и Султан-Мут эндерейский, чтобы помирить Гирея и Султан-Мута и договориться о том: «либо пойдет турский или кизылбашский или крымский царь, и им друг над другом не искати и турсково и кизылбашского и крымского царя друг на друга не подымати». Участники съезда должны были поменяться аманатами — заложниками. Но съезд не дал результатов: «мир... не сшолся: Гирей де не верит Салтамагмуту, а Салтамагмут не верит Гирею». В 1619 г. на время Султан-Мут помирился с Ильдаром тарковским, дав заложников посреднику — Алибеку казыжумухскому, и договорился совместно служить русскому царю. Но мир не был крепким, носились слухи, что «Салтанмагмут Ильдара мурзу оманет, быти де ему, Ильдару, от Салтанмагмута убиту».

    В 1632 г. на съезд мирить тех же соперников приезжал уцмий кайтагский. Многолюдным был съезд на реке Койсе (Сулаке) в декабре 1633 г. На нем были Ильдар тарковсжий, в это время уже шамхал, Султан-Мут, уцмий с братьями, племянниками и детьми, два сына казыкумухского владельца с детьми и племянниками, Kyмыцкие и иные многие князи и мурзы». Речь шла о том, чтобы «была б Кумыцкая земля попрежнему в соединенье, а как де преж сего были они в соединенье, и они де были не бессильны и никого не боялись». Об этом говорили шамхалу и его «черные люди», и шамхал, «убоясь де от них, кумыцких князей и мурз и от своих черных людей убойства», помирился с эндерейским владельцем на срок, чтобы «войною до того сроку не ходить и меж собою ничего не красть».

    Однако эти объединительные тенденции не подкреплялись внутренними экономическими связями, не были прочны, вражда снова разгоралась, во время набегов разорялись поселения — кабаки, угонялся скот, уводились в плен «люди» враждебного владельца, т. е. крестьяне, которых продавали на невольничьих рынках в Крым, в Турцию, в Иран, в Среднюю Азию.

    Таковы были социально-экономические отношения и политическое устройство Дагестана в XVI—XVII вв., когда выход России к Каспийскому морю и осложнение международной обстановки вокруг Кавказа повели к установлению постоянных сношений Дагестана с Русским государством и появившимся на Северном Кавказе русским населением.


    Предыдущая страница           Следующая страница
     
    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:

  • КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИЯ. НОГАЙЦЫ.
  • КАРАЧАЕВО-ЧЕРКЕСИЯ. ЧЕРКЕСЫ.
  • ЧЕЧЕНО-ИНГУШЕТИЯ
  • СЕВЕРНАЯ ОСЕТИЯ
  • КАЛМЫКИЯ
  • КАБАРДИНО-БАЛКАРИЯ
  • ДАГЕСТАН
  • Литература для изучения
  • Источники для изучения народов Северного Кавказа
  • Задачи исследования Народов Северного Кавказа


  • Сайт посвящен Приэльбрусью
    Copyright © 2005-2019