Представляем маршруты по Приэльбрусью, восхождение на Эльбрус, теоретическую информацию
ПРИЭЛЬБРУСЬЕ   ЖДЁТ   ВАС!      НЕ   УПУСКАЙТЕ   СВОЙ   ШАНС!
  • ОРОГРАФИЧЕСКАЯ СХЕМА БОЛЬШОГО КАВКАЗА Стр. 1
  • Гигиена массового спорта. Глава II. Рациональный суточный режим
  • Этажи леса
  • МИНЕРАЛЬНЫЕ ВОДЫ КУРОРТА НАЛЬЧИК
  • Карта маршрута "Путешествие вокруг Эльбруса". Масштаб 1:100 000
  • Ложь и вероломство — традиционное оружие дипломатии германского империализма
  • Неплохая карта Эльбруса и части Приэльбрусья. Масштаб 1:100 000
  • Краски из растений
  • Горная болезнь. История изучения
  • ПОДВИЖНЫЕ ИГРЫ. ЛЕТНИЕ ИГРЫ. Стр 26
  • «    Июль 2024    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
    1234567
    891011121314
    15161718192021
    22232425262728
    293031 

    Эмиграция Патриотическое / Чичерин - дипломат ленинской школы

    Германская полиция действительно заинтересовалась личностью Г. В. Чичерина. 9 сентября 1907 г. полицей-дирекция Дрездена запросила у прусского полицей-президента в Берлине сведения о снявшем 25 июня 1907 г. в Дрездене квартиру русском дворянине Чичерине. Прусская полиция усилила слежку за русскими социал-демократами в Берлине, в том числе и за Чичериным. 20 декабря 1907 г. (2 января 1908 г.) в берлинском пригороде Шарлоттенбурге у немецкого социал-демократа А. Блоха происходило «тайное собрание», созванное прибывшими из Финляндии меньшевистскими лидерами Ф. Даном и

    А. Мартыновым для обсуждения вопроса об издании за границей газеты. Там присутствовали Дан, Мартынов, Чичерин, супруги Бухгольц, Сережников и другие представители Центрального бюро содействия РСДРП. Прусская полиция узнала об этом собрании и арестовала его участников. Они заявили, что встретились для обсуждения вопроса подготовки к рождественскому балу. Полиция знала об их принадлежности к социал-демократической партии и не приняла во внимание эти объяснения. Она установила также, что задержанный Чичерин финансирует издание социал-демократического «Русского бюллетеня», печатающегося в типографии газеты «Форвертс» и являющегося органом Заграничного центрального бюро. Георгия Васильевича судили за пользование «фальшивым» паспортом (при аресте он назвал себя Баталиным). 6 января его приговорили к штрафу и потребовали в течение 12 часов покинуть пределы Пруссии.

    Русский посол Остен-Сакен в начале января 1908 г. донес в Петербург о том, что Чичерин «играл среди арестованных выдающуюся и деятельную роль». В свою очередь министерство иностранных дел уведомило об этом директора департамента полиции Трусевича. Тот ответил, что полиция не знала о принадлежности Чичерина к министерству иностранных дел, но что он известен ей «как член берлинского бюро РСДРП и участник издания социал-демократических бюллетеней, печатающихся в Берлине на немецком языке, причем в революционной среде он известен под кличками А. Орнатский и Баталин».

    Материалы о революционной деятельности Георгия Васильевича поступили в Петербург и от прусской полиции. Она обращала внимание на тот факт, что «Чичерин... играет выдающуюся роль в здешнем социал-демократическом движении». В результате 22 января 1908 г. приказом, подписанным министром иностранных дел Извольским, «причисленный к государственному и С.-Петербургскому главному архивам титулярный советник Чичерин» был отстранен от службы в МИДе. Павлов-Сильванский сообщил Георгию Васильевичу, что в министерство поступили «полицейские материалы» и на его личность «обращено особое внимание», поэтому возвращение на родину пока невозможно.

    Какое-то время после высылки из Пруссии Георгий Васильевич жил в Лейбене, близ Дрездена, и в Рейхенберге (Богемия), нелегально посещая Берлин, Штутгарт и Женеву. Затем он обосновался во Франции.

    Чичерин покинул Германию в тот период, когда в России свирепствовала реакция. Тысячи рабочих и крестьян томились в тюрьмах, а тысячи были замучены, расстреляны, повешены. В особенно тяжелом положении находился авангард рабочего класса — марксистская партия. Против нее царизм направил главный удар. «Когда-нибудь все же напишут историю русской революции, и весь мир будет восхищаться геройством, самоотречением и силой непреодолимого самопожертвования, которое обнаружили в царском государстве социалисты всех национальностей»,— писал в 1908 г. вождь германского рабочего класса Август Бебель.

    Партийные организации, чтобы продолжать пропагандистскую и агитационную работу, вынуждены были уйти в глубокое подполье. Вместе с тем поражение революции и наступление реакции вызвали в среде социал-демократии, по словам Н. К. Крупской, «величайший идейный развал» и привели к острой борьбе. «Вполне естественно,— писала Надежда Константиновна в своих «Воспоминаниях о Ленине»,— что в период реакции признаки упаднических настроений стали прежде всего сказываться среди меньшевиков-практиков, и раньше всегда склонных плыть по течению, склонных урезывать революционные лозунги, связанных тесными узами с либеральной буржуазией».

    Георгий Васильевич с «особенно острой болезненностью» воспринял «партийный раскол». Как отмечал в автобиографии, в тот момент он целиком был занят «мыслью о единстве партии», ибо представлял себе пролетариат «единой исторической силой, противостоящей всему старому миру». «С прежнею средою у меня все порвано. Горячо любимый пролетариат, милые, милые, дорогие товарищи, члены единой великой рати — вот мои ближние»,— писал Чичерин в октябре 1907 г.

    Отдавая всего себя делу революции, он мечтал о том времени, когда «не Бисмарки и Наполеоны Третьи будут представляться «великими людьми» освобожденному от классов человечеству, а великие Vorkampfer массы, человечества, первые между равными революционеры». В письме к невестке Н. Д. Чичериной 5 августа 1908 г. Георгий Васильевич писал: «...что касается фразы Вашего письма, то «молитвам» мы противополагаем другое:

     

    Никто не даст нам избавленья —

    Ни бог, ни царь и ни герой,

    Добьемся мы освобожденья

    Одной лишь собственной рукой...

     

    И не «небесное царство» мы строим на земле, на реальной почве! — Но углубление, безграничное расширение и обогащение реальной, единственной жизни, т. е. земной, схватывание мировой загадки открытым глазом, освобожденным от ограниченности господствующих классов, от застиланья отношениями рабства...»

    После V съезда РСДРП Г. В. Чичерин сблизился с группой, сложившейся вокруг газеты «Голос социал-демократа», которая издавалась в 1908—1911гг. сначала в Женеве, а затем в Париже. Ведущую роль в ней играли Г. В. Плеханов, Л. Мартов, Ф. И. Дан и др. В группе «Голос социал-демократа» Чичерин, по его словам, видел «некоторый противовес отвратительному ликвидаторству». Но он негодовал на уступчивость ликвидаторам со стороны группы (и в частности Л. Мартова, под сильным влиянием которого он в то время находился), считал «беспочвенной затеей» создание меньшевистской газеты «Правда» (венской). Его критика меньшевиков не была, однако, последовательной, так как в некоторых других вопросах он продолжал оставаться на позициях меньшевизма.

    Будучи политическим эмигрантом, Чичерин не порывал связей с самыми близкими родными — братом, сестрой и невесткой. Сестра, Софья Васильевна Бобровникова (1867—1918), занималась активной деятельностью в области просвещения. В 1905—1910 гг. опубликовала несколько книг и статей о состоянии просвещения народностей Поволжья, в которых решительно выступала за их право обучать детей на родном языке. Брат, Николай Васильевич (1865— 1939), после окончания математического и юридического факультетов Петербургского университета был помощником оберсекретаря в одном из департаментов сената. После Октябрьской революции он преподавал в школе и занимался активной музыкально-просветительной деятельностью. Его жена Наталья Дмитриевна Чичерина (1879—1965), дочь крестьянина, по окончании гимназии стала учительницей в младших классах. Она была большим другом Георгия Васильевича.

    Родные знали о революционной деятельности Г. В. Чичерина и с готовностью откликались на его различные просьбы, информировали о положении в России. В пору жестокой реакции переписка с профессиональным революционером, который нередко употреблял недопустимые, с точки зрения властей, выражения, вроде призывов «Долой самодержавие!», была связана с большим риском. В марте 1906 г. особый отдел департамента полиции в Петербурге получил, видимо, через провокатора Житомирского выписку из письма С. В. Бобровниковой. Она сообщала Георгию Васильевичу в Целендорф о беспримерных репрессиях в России и о том негодовании, которое они вызывают. Письмо было подписано «твоя Минет» (так Софью Васильевну в детстве называла гувернантка-француженка). Полиция так и не догадалась, что автор — сестра Георгия Васильевича. В августе 1908 г. Чичерин писал Наталье Дмитриевне: «Посылаю Вам из большевистского «Пролетария» статейку моего товарища по штутгартскому съезду и по аресту в Берлине. Он работал на сигаретной фабрике. Что касается письма латыша, то «заболеть» у нас всегда значит «быть арестованным»». (Георгий Васильевич просил Наталью Дмитриевну, чтобы этот абзац письма она уничтожила.)

     
    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:

  • Последние годы жизни
  • Год признаний
  • Создание дипломатического аппарата
  • Политика мира и дружбы со странами Востока
  • Первые месяцы в Наркоминделе
  • Возвращение на родину
  • Начало революционной деятельности
  • Работа в министерстве иностранных дел России
  • Петербург
  • Детство


  • Сайт посвящен Приэльбрусью
    Copyright © 2005-2019