В предлагаемой работе изучаются сношения с Россией народов Северного Кавказа Хронологические ее рамки — середина XVI в.— 30-е годы XVII в. Лааддьядя обусловлена возникновением систематических связей севе­рокавказских народов с Русским государством в период ирано-турецкой войны 1548—1555 гг. и выходом России к Каспийскому морю; конечная — миром между Турцией и Ираном, заключенным в 1639 г. и изменившим междуна­родную обстановку на Востоке.

Это было очень давно. Так давно, что история эта превратилась в красивую легенду о любви и верности, о мести людям за гибель любимого.

Давным давно в Приэльбрусье у подножья красивой белой горы, которую называли Минги-тау (гора, состоящая из тысячи гор, это название горы сохранилось до сих пор) жило всего несколько родов. В то время никакими горовосхождениями не занимались. Всех волновала в основном добыча хлеба насущного. И, кроме того, по старинным преданиям на вершине белой горы жили злые духи, которые могли прогневаться на непослушных и жестоко отомстить им. Занимались люди, как и их предки, скотоводством. Жили простой натуральной жизнью: пасли скот, косили сено, собирали камни, чтобы очистить землю для строительства домов и возделывания огородов. Для приобретения необходимых вещей ездили на быках и лошадях на равнину, где обменивали свои скромные изделия на ткани и изделия из бронзы и железа. Так и текла однообразно из года в год, из века в век их жизнь. Жили - не тужили, на здоровье не жаловались. Да и кому пожалуешься, только своему родовому костоправу.

«Мы планировали покорить один их наших семитысячников… При восхождении в первой связке шёл мой друг Серёжа Кучеренко с напарником. На всю жизнь останется в памяти картина – мрачная нависшая над нами, почти вертикальная скала и две маленькие фигурки у её подножья. Жуткое небо,  фиолетовое, почти космической черноты… Ребята только начали подъём, когда дрогнула под их ногами скала, - то ли частое здесь небольшое землетрясение, то ли ударная волна от пролетевшего неподалеку сверхзвукового истребителя. Со стены сорвался целый пласт, сбросив с неё наших товарищей…

Директор Национального парка «Приэльбрусье» Беккаев Мухажир Абуевич

Приношу свою благодарность за содействие и помощь при подготовке этой книги Ирине Борисовне Голамбек.

М. Беккаев

Выражаю глубокую благодарность за предоставленный из фондов материал директору Национального музея КБР Беталу Мурадиновичу Керефову, главному хранителю Вере Хапотовне Калмыковой и зав. отделом природы Ирине Николаевне Белоцерковской - за научную консультацию при подготовке данного издания.

М. Горлов

С древних времен привлекал белоснежный Эльбрус людей, которых поражали грандиозные размеры и классически строгие формы великана. Фантастический вид его среди клубящихся облаков или сквозь завесу тумана породил легенды о горе, «одну треть ночи освещенной солнцем», как сообщали греческие мореплаватели, первыми проникшие через Черное море на Кавказ. Сохранились очень древние сказания об Эльбрусе, как о дымящейся горе, видимо, относящиеся ко времени его затухавшей, но еще заметной вулканической деятельности. Древние связывали с ним миф о Прометее, похитившем огонь для людей и прикованном по приказанию Зевса Гефестом к одной из скал Эльбруса. Еще в V в. до н. э. древнегреческий трагик Эсхил создал своего «Прикованного Прометея». Филострат Афинский во III-II вв. до н. э. писал: «Об этой горе у варваров ходят те же предания, что и у эллинских поэтов, а именно: что к ней был прикован Прометей за свое человеколюбие... Вершина эта двуглавая, и говорят, что он был прикован руками к этим отрогам, между которыми не меньше стадия расстояния: так громаден будто бы был он. А птицу-орла – обитателя Кавказа - считают врагом, и гнезда, которые орлы устраивают на скалах, сжигают посредством огненосных стрел, ставят также и западни на них, объясняя все это местью за Прометея: до такой степени уверены они в справедливости предания».

Знаменательным для русских восходителей сказался 1829 г. когда Эльбрус посетила первая русская научная экспедиция, В нее входили академик А. Купфер, физик Э Ленц, ботаник Н. Майер, зоолог Г. Менетрие, архитектор Пятигорска Бернардацци и другие Проводниками были местные жители - кабардинцы и балкарцы. Экспедицию организовал и сопровождал один из героев войны с Наполеоном начальник Кавказской линии генерал от кавалерии Георгий Арсеньевич Емануэль.

В Лондоне Грове уже знал от Фрешфильда об Ахие. Оказавшись в Урусбиеве, он сразу же пригласил его в проводники. 16 июля 1874 г. в 11 часов балкарец Соттаев, англичане Грове, Уоккер, Гардинер и швейцарец Кнубель первыми взошли на западную вершину Эльбруса. Было тогда Ахие 86 лет. Грове в своей книге «Холодный Кавказ» посвятил ему такие строки: «Этот замечательный охотник деревни Урусбиево, по всей вероятности, более других успел ознакомиться с окружающими долинами и горами... Худощавый, крепкий, сильный, он, по-видимому, совершенно свободно поднимался по склонам гор, так как в действительности путь его был настольно труден, что обыкновенный человек едва ли в случае нужды, не убавляя шага, мог совершить довольно большой переход. Зрение его было поразительно...»

62 процента территории Национального парка «Приэльбрусье» приходится на труднодоступный рельеф: скалы, ледники, снежные поля. Высокогорно-ледниковый (альпийский) рельеф включает, кроме горы Эльбрус, комплекс хребтов и массивов Главного и Бокового Кавказских хребтов.

Вот какое впечатление произвели горы Кавказа на Александра Дюма-отца: «На мгновение мы лишились дара речи перед этой удивительной панорамой: это не было похоже ни на Альпы, ни на Пиренеи, ни на что-либо виденное нами; казалось, что представить это не в состоянии ни одно, даже самое изысканное, воображение. Это был Кавказ...»

Изучение ледников Приэльбрусья началось в середине XIX в. Этому способствовали экспедиции Российской академии наук, Географического общества, Корпуса военных топографов и освоение района иностранными альпинистами с гляциологическими наблюдениями и описаниями. В начале XX в. по результатам съемок Корпуса военных топографов была составлена одноверстная карта Кавказа, а по ней создан первый каталог ледников.

Начиная с 30-х гг. на отдельных ледниках (Башкаре, Шхельде, ледниках Эльбруса) предпринимаются наблюдения, проводимые Кавказской ледниковой экспедицией, Харьковскими университетом и педагогическим институтом. В 1934 г. в Терсколе начала работу Эльбрусская комплексая экспедиция Академии наук СССР.