Представляем маршруты по Приэльбрусью, восхождение на Эльбрус, теоретическую информацию
ПРИЭЛЬБРУСЬЕ   ЖДЁТ   ВАС!      НЕ   УПУСКАЙТЕ   СВОЙ   ШАНС!
  • Горная болезнь. История изучения
  • ОРОГРАФИЧЕСКАЯ СХЕМА БОЛЬШОГО КАВКАЗА Стр. 1
  • В ЧЕСТЬ ВЕЛИКОГО СТАЛИНА Стр. 6
  • Имени любимого вождя - Георгий Гулиа Стр. 2
  • АЛЬПИНИСТСКИЕ ИТОГИ 1949 ГОДА Стр. 4
  • АЛЬПИНИСТСКИЕ ИТОГИ 1949 ГОДА Стр. 2
  • Траверс Кара-каи
  • Ложь и вероломство — традиционное оружие дипломатии германского империализма
  • Сельское поселение Тегенекли – родина советского туризма и альпинизма
  • Ледник Терскол
  • «    Декабрь 2017    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     123
    45678910
    11121314151617
    18192021222324
    25262728293031

    УЧАСТИЕ В ОРГАНИЗАЦИИ ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫХ ЭКСПЕДИЦИЙ Патриотическое

    Еще при жизни Петра I И. К. Кирилов проявлял живейший интерес к отправляемым на далекие окраины государства экспедициям, к их задачам и участникам, из которых с одними, например с капитаном Витусом Берингом, он был хорошо знаком, с другими же имел возможность встречаться и беседовать в Сенате.

    Кирилов считал, что основная цель экспедиций, направляемых на Дальний Восток, должна заключаться в открытии и присоединении к России новых земель, в отыскании богатых золотом и серебром месторождений и в установлении торговых связей с Китаем, Индией и другими странами Востока. Поэтому, сожалея о том, что капитан Беринг, отправленный в 1725 г. в Первую Камчатскую экспедицию, «только одно известие, соединяется или не соединяется Америка (с Азией, — М. Н.), привезет, а о интересе настоящем от него ожидать нечего», он «искал случая, каким бы образом туда для сыскания новых земель и иных полезных дел кого возбудить» [2, стр. 35], и вскоре, по его словам, такой случай ему представился.

    Зимой 1724/25 г. в Петербург приехал из Якутска казачий голова Афанасий Федотович Шестаков. Цель его приезда заключалась в том, чтобы добиться разрешения и получить средства на снаряжение экспедиции для отыскания и освоения новых земель. Неграмотный, но энергичный и настойчивый, твердо уверенный в успехе своего дела, он сумел добиться поставленной цели. Его рассказы о «Большой земле» и об островах, изобилующих соболями и другими ценными породами зверей, о возможности открытия новых земель вызывали живой интерес. В Петербурге появились составленные Шестаковым карты северо-восточной части Азии с изображением в Северном Ледовитом океане, напротив устья р. Колымы, острова «Копая», а за ним к северу «Большой земли». Эти карты он демонстрировал в качестве доказательства правдивости своих рассказов.

    В Петербурге о Шестакове ходили противоречивые слухи. Одни, по словам Кирилова, считали его человеком порядочным, другие — плутом [2, стр. 35], но к рассказам его прислушивались. Шестаков очень быстро сумел найти дорогу к высокопоставленным лицам и заручиться их помощью и поддержкой [9, стр. 258]. Задачи, которые ставил А. Шестаков перед своей экспедицией, удовлетворяли требованиям И. К. Кирилова о соблюдении «настоящего интереса». Поэтому он, в то время еще секретарь Сенатской канцелярии, осведомившись через Шестакова в достаточной мере «о тамошних местах», «приложил стараться о исполнении действом» или, иными словами, оказал Шестакову содействие в его хлопотах по вопросу об организации экспедиции. И когда, по словам Кирилова, предложение Шестакова дошло до Сената, «то довольно учинено из Сената представление тогда бывшему Верховному совету, откуда и апробация получена» [2, стр. 35].

    Главная цель экспедиции Шестакова заключалась в расширении российских владений и в умножении государственных доходов за счет приобретения новых земель. Но одновременно с этим для разведки и исследования полезных ископаемых в Сенате было признано необходимым «послать с Шестаковым из Берг-коллегии рудознатца и пробовалыцика из С.-Петербурха или из Сибирских заводов». В качестве такого специалиста, по словам Кирилова, с экспедицией был послан «иноземец Гардеболь, отчасти знающий в пробах руд», которого он, Кирилов, «ехать в такую дальность уговорил» [2, стр. 36].

    Руководитель экспедиции А. Ф. Шестаков был убит в схватке с чукчами на р. Эгаче 14 марта 1730 г., но участникам его экспедиции подштурману И. Федорову и геодезисту М. С. Гвоздеву, который тоже, видимо, не без участия Кирилова, был включен в состав экспедиции, удалось, не подозревая того, достичь в 1732 г. берегов северо-западной Америки и высадиться на о. Диомиде.

    Несравненно более широкое поле деятельности открылось перед Кириловым при организации Второй Камчатской экспедиции. Здесь он получил полную возможность для приложения своей инициативы и организаторского таланта.

    По свидетельству Г.-Ф. Миллера, между Кириловым и Берингом вскоре после возвращения последнего из Первой Камчатской экспедиции установились тесные деловые взаимоотношения. Они часто встречались [31 стр. 253]. Кирилов был несомненно знаком с содержанием поданного Берингом 4 декабря 1730 г. по распоряжению Сената «Известия» о том, «что в Сибири, в Восточном краю признаваетца к пользе государству». В этом «Известии» Беринг предложил ряд мероприятий, направленных на устройство далекой окраины и на устранение некоторых трудностей и недостатков, с которыми ему пришлось столкнуться в бытность в экспедиции.


    Предыдущая страница           Следующая страница
     
    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:

  • И. К. КИРИЛОВ И ПЕРВЫЕ РУССКИЕ ГЕОДЕЗИСТЫ
  • Индийская дипломатия и политика неприсоединения
  • За единый дипломатический фронт
  • Научиться дипломатии
  • Создание дипломатического аппарата
  • Политика мира и дружбы со странами Востока
  • Вступительная статья
  • Главная преграда для подрывных акций
  • Шпионаж
  • Воспоминания о Ленских событиях 1912 года. Стр.8


  • Сайт посвящен Приэльбрусью
    Copyright © 2005-2015