Представляем маршруты по Приэльбрусью, восхождение на Эльбрус, теоретическую информацию
ПРИЭЛЬБРУСЬЕ   ЖДЁТ   ВАС!      НЕ   УПУСКАЙТЕ   СВОЙ   ШАНС!
  • ОРОГРАФИЧЕСКАЯ СХЕМА БОЛЬШОГО КАВКАЗА Стр. 1
  • Гигиена массового спорта. Глава II. Рациональный суточный режим
  • Этажи леса
  • МИНЕРАЛЬНЫЕ ВОДЫ КУРОРТА НАЛЬЧИК
  • Карта маршрута "Путешествие вокруг Эльбруса". Масштаб 1:100 000
  • Ложь и вероломство — традиционное оружие дипломатии германского империализма
  • Неплохая карта Эльбруса и части Приэльбрусья. Масштаб 1:100 000
  • Горная болезнь. История изучения
  • Краски из растений
  • ПОДВИЖНЫЕ ИГРЫ. ЛЕТНИЕ ИГРЫ. Стр 26
  • «    Июнь 2024    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
    3456789
    10111213141516
    17181920212223
    24252627282930

    О Балкарии и балкарцах. Впервые с научными целями. Часть 1 Кабардино-Балкария / Балкария и балкарцы

    Институт гостеприимства авторы, в частности М. М. Ковалевский в работе «Закон и обычай на Кавказе», объясняют тем фактом, что гость становится как бы временным членом «семьи, фамилии», и поэтому «обычай собственно наделял гостя и всеми преимуществами родственника и брата». То есть, говоря словами В. Я. Тепцова, сделавшего этот вывод несколько позже, гостеприимство – «остаток родовой жизни, когда было все свое, общеродовое, когда не нужно было просить что-либо, не к кому было и ходить в гости». Ну а наиболее ранним все же предположением этого вывода мы склонны считать высказывание Михаила Ивановича Венюкова: «известно гостеприимство всех патриархальных племен», как нельзя лучше указывающее на то, что, чем ближе общество по своему социально-экономическому развитию к родовому строю, тем больше его с ним связывает. На генетические корни гостеприимства указывает и такой факт, что население Северного Кавказа свои кунацкие не считало такой же собственностью, как и остальная недвижимость.

    Приехав в Хулам, Миллер и Ковалевский по прошествии нескольких часов уже изучали само селение, слушали рассказы местного старшины, писаря, седобородых старцев. Им в глаза бросились тщательно обработанные небольшие участки пахотных земель, оросительные канавы, узкие улочки, своеобразные жилища. В записную книжку Максима Максимовича легли строки, касавшиеся землепользования и земледелия. Незначительные по размерам пашни свидетельствовали о том, что земледелие здесь было второстепенной отраслью хозяйства. Кучи камней рядом с пахотными землями и изгороди из них говорили о тяжелом и кропотливом труде горского землепашца, о принадлежности этих участков отдельным семьям на правах собственности.

    Внимательный, исследовательский взгляд обоих ученых пытается выделить, что было присуще современному им «татарскому населению», а что осталось у них от алан. Жилища, хозяйственные постройки и поселения хуламцев они находят похожими на осетинские. Авторы характеризуют постройки с крытым двором, т. е. большесемейных общин, напоминающие П-образные жилища. В каждый подобный комплекс входили «четырехугольные» жилые помещения с навесами перед ними, т. е. большой дом и пристройки для женатых пар – отоу. Однако трудно согласиться с авторами в том, что при каждом дворе отдельно имелись кунацкие – помещения для гостей. Вероятно, устройство княжеского жилища, в частности семьи Жарахмата Шакманова, где они остановились, было принято в качестве типичного факта. У крестьянского населения комнатой для гостей всегда являлась одна из отоу.

    В. Ф. Миллер и М. М. Ковалевский в кунацкой хуламского старшины Шакманова фиксируют и некоторые элементы этикета гостеприимства. Хозяин дома и пришедшие сюда родственники и односельчане не садятся в присутствии гостей. По их наблюдениям, даже «лица почтенного возраста не решались отступить от этикета». Данный порядок был свойствен всем балкарским обществам, а также соседним народам. Так, И. Леонтьев, будучи гостем Дадаша Балкарукова из Озаруково, сделал следующую запись в дневнике: «Хозяина, любезно обслуживающего гостей, несколько раз пришлось просить присесть. Дадаш Балкаруков объяснял, что, по обычаю горцев, хозяин не имеет права садиться в присутствии гостей, особенно стариков, и должен сам прислуживать им».

    Можно добавить еще и то, на что не обратили внимания В. Ф. Миллер и М. М. Ковалевский (как и другие дореволюционные авторы): если гость был старше присутствующих в кунацкой, сесть рядом с ним не мог никто. В конкретной ситуации играло роль также, кто оказывался гостем: посторонний, односельчанин или родственник, происхождение, социальное и экономическое положение гостя и хозяина.

    Недопоняли они и того, почему родственники хозяев дома и односельчане с приездом гостей собирались в гостиной, объясняя это лишь их любопытством. В этом ошибались и многие последующие авторы. В частности, Е. З. Баранов писал: «Прибытие в аул какого-либо незнакомца, а тем более не туземца, в мгновение ока становится известным всему населению аула, и толпа любопытных горцев спешит к той сакле, в которой остановился незнакомец». Любопытство, конечно, было свойственно людям, жившим в изолированных ущельях. Они стремились к общению с приезжими из других мест Северного Кавказа, особенно России. Как замечал Н. А. Караулов, балкарцы любят поговорить, что свидетельствует об открытости их характера, а также обменяться новостями, «всякое новое лицо собирает целую толпу любопытных». В самом конце XIX века лектор немецкого, греческого и латинского языков Тифлисских высших женских курсов Карл Федорович Ган писал: «Едва мы уселись в нашем приюте, как уже со всех концов аула собралась толпа любопытных посмотреть на приезжих, и более смелые нахлынули прямо в комнату». То же самое сообщал Н. Поггенполь, посетивший в 1904 году Черекское ущелье: «Неожиданное появление целого каравана возбудило всеобщее любопытство, жители толпами высыпали со всех сторон...». И вполне естественно, что «весть в горах о приезде туристов» распространялась моментально. В. Ф. Новицкий вспоминал, что через короткое время после приезда членов его экспедиции на кош «собралась многочисленная группа загорелых горцев...». В то же время глубоко сомнительно его бескомпромиссное утверждение, что горец может даже ночью проехать несколько километров, переправляясь через пять-шесть холодных горных речушек, чтобы только лишь удовлетворить свое любопытство. Не догадывались они, что это – важнейшая сторона социального единства членов патронимии, «фамилии» и односельчан. Умение принять гостя касалось не только семьи, но и всех родственников, это было далеко не безразлично всем им с точки зрения морали, их чести, отношения со стороны односельчан. Именно поэтому мы позволили себе не согласиться с мнением некоторых исследователей, утверждавших, что если что-либо в угощении не доставало, хозяин занимал у родственников, соседей, односельчан. Термин «занимал», на наш взгляд, несколько неподходящ в данной ситуации. Родственники, выходцы в прошлом из единой большой семьи, потомки общего родоначальника, люди одной крови, стремились помочь семье, которую посетили гости, всем, чем только могли.

     
    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

    Другие новости по теме:

  • О Балкарии и балкарцах. Хранители народной памяти
  • О Балкарии и балкарцах. На рубеже двух эпох. Часть 9
  • О Балкарии и балкарцах. На рубеже двух эпох. Часть 8
  • О Балкарии и балкарцах. На рубеже двух эпох. Часть 6
  • О Балкарии и балкарцах. На рубеже двух эпох. Часть 3
  • О Балкарии и балкарцах. «У ПОДОШВЫ ЭЛЬБОРУСА». Часть 4
  • О Балкарии и балкарцах. «У ПОДОШВЫ ЭЛЬБОРУСА». Часть 3
  • О Балкарии и балкарцах. «У ПОДОШВЫ ЭЛЬБОРУСА». Часть 1
  • О Балкарии и балкарцах. Впервые с научными целями. Часть 2
  • О Балкарии и балкарцах. Предыстория вопроса


  • Сайт посвящен Приэльбрусью
    Copyright © 2005-2019